95-летие позорного договора

Об этой дате говорит  директор Института истории НАН РА, доктор исторических наук, профессор Ашот Мелконян.
– Господин Мелконян, сегодня исполняется 95-летие договора о дружбе и братстве, заключенного между Россией и Турцией 16-ого марта 1921 года. Каково историческое и политическое значение Московского договора? Является ли это только историческим документом, или имеет также и политические последствия?

– Для нас, армян, даже название этого документа отталкивающее и неприятное, и, по моему глубокому убеждению, пожалуй, является самой черной страницей в российско-армянских отношениях. Вся проблема в том, что, как правильно бы сказал академик Лендруш Хуршудян, это очередное разделение Армении между большевистской Россией и кемалистской Турцией. Этот документ до сих пор, к сожалению, остается в силе, хотя и незаконный, потому что был заключен между двумя незаконными мятежными режимами, и большевистская Россия, и кемалистская Турция не были международно признанными. Сегодня этот договор остается в силе, и не случайно, на днях со стороны России было отклонено предложение коммунистов-депутатов Госдумы относительно аннулирования этого договора.

Вся проблема в том, что Россия сегодня тоже не отказывается от этого договора. Судя по всему, Россия ожидает улучшения отношения с Турцией в будущем, свидетельством чего, пожалуй, является процесс выведения российских войск из Сирии в последние дни. По моему убеждению, это было выгодно только турецкой стороне, и был очередным шагом дискредитации российской стороны. Россия сделала шаг, и теперь вновь в каком-то смысле произошло отступление от этого решительного шага, после того, как был затронут армянский вопрос на уровне депутатов, политологов, что армянские территории 16-го марта 1921 года по этому злосчастному договору были подарены туркам.

В свое время я говорил, что не нужно бежать впереди поезда, между тем, многие были воодушевлены тем, что вот-вот, начнется очередная – 14-ая российско-турецкая война, и пришло время воспользоваться поводом, вернуть Западную Армению, и осуществить наши национальные мечты, идею единой Армении. Но, как видно, история повторяется. Поэтому, я считаю, что правильно бы было оставить реакцию Армении особенно на государственном уровне, в случае крайнего обострения российско-турецких отношений.

Договор незаконный также с той точки зрения, что, например, по 3-му пункту предусматривалась передача Нахичевана от Турции Советскому Азербайджану, с условием, что Азербайджан не должен был уступать его 3-ей стороне, и 15-ая статья, по которой без участия армянской стороны российская сторона взяла на себя обязательство навязать это другим Закавказским советским республикам с теми же границами и условиями, естественно, в первую очередь Советской Армении и Советской Грузии, то, что уже произошло в результате Карсских переговоров, и 13-го октября 1921 года был заключен другой злосчастный договор – Карсский договор. Здесь, пожалуй, был один положительный пункт, хотя ничего не изменилось по сравнению с Московским договором. Предусловие 3-го пункта, что Азербайджан не имел право уступать Нахичеван третьей стороне, то есть, так называемые гарантийные обязательства, которые взяли на себя Россия и Турция по Московскому договору были сняты.

У нас есть неправильное мнение, что если вдруг на нахичеванском отрезке будет попытка освобождения с армянской стороны, это будет рассматриваться, как агрессия также и в отношении России и Турции, и они имеют право вмешаться, такого вовсе не существует. Вначале 90-ых годов, когда у нас были все основания для освобождения Нахичевана, это не было сделано по той причине, что это позволит Турции вмешаться в эту проблему, и, естественно, мы оказались бы в тяжелом положении.

– Вы правильно заметили, что у нас бывают напрасные ожидания, что вот-вот начнется русско-турецкая война, и какая-то третья сторона, другое государство вместо нас решит наши проблемы. Но по российско-турецкому договору два государства уже решили судьбу нашего народа, без нашего участия. Наши лучшие политологи, историки говорят и доказывают, что с точки зрения международного права, это незаконный договор, но, фактически, этот договор действует, и до сих пор влияет на политическую и региональную ситуацию. Но с армянской стороны нет официального отношения к этому договору.

– Конечно, нет официального отношения, по моему глубокому убеждению, только по одной причине, которая, по-моему, не столь обоснованная, то есть, не нужно лишний раз обострять армяно-турецкие отношения. Но, во-первых, как таковых отношений не существует, если и существуют, то, естественно, они уже в обостренном состоянии, пусть и теоретическом варианте. Это, конечно, не обоснованно, я считаю, что мы должны выступить с официальным подходом хотя бы на уровне парламента. Если ты хочешь аннулировать Московский договор, ты не имеешь право на это, потому что не ты его заключил. Речь идет о Карсском договоре. Следовательно, когда этот вопрос войдет в повестку дня Госдумы РФ, мы заявим, что пускай российская сторона объявит недействительным этот договор, потом, в соответствии с этим, мы вернемся к Карсскому договору, который попросту является копией Московского договора. Думаю, выведение российских войск из Сирии доказывает, что не нужно было в лишний раз воодушевляться, и скромное отношение на государственном уровне, наверно, было оправданным. Последние события свидетельствуют о том, что российская сторона точно не посчитала целесообразным аннулирование договора, а также официально сообщили о том, что это не выгодно российской стороне. Поэтому, в связи с этой проблемой, мы должны знать, что, сколько бы стратегических союзников не было у нас, мы должны в первую очередь оставаться фактором в регионе, чтобы другие пытались использовать этот фактор в общем контексте союзнических отношений.

– Фактически, это был дипломатический шаг или жест, адресованный Турции.

– Да, это было адресовано только Турции, а не Армении. Каждый раз, когда на уровне Жириновского говорится о том, что мы, русские, не будем воевать с турками, пускай это за нас сделают курды и армяне, это тоже похоже на историю вытаскивания из огня каштанов чужими руками. Если Россия хотела решить проблемы с Турцией, и в течение одного века она решала эти проблемы в пользу балканского фронта, естественно страдал кавказский фронт. Имею в виду то, что в ходе этих войн на кавказском фронте продвигалось российское войско, армянские добровольческие отряды помогали им, способствовали успеху российских войск, и вдруг, при заключении договора, например, будь то Бухарестский, Адрианопольский, Парижский, Берлинский или Сан-Стефанский договор, здесь возвращали территории, а на балканском фронте Россия продолжала укреплять свои позиции, грубо говоря, мы становились разменной монетой. Поэтому, мы должны знать, что, когда наши национальные интересы совпадают с интересами других, это окончательно нужно сформулировать на государственном уровне, только потом пытаться сделать шаг, иначе, если мы будем бежать впереди поезда, последствия будут просто катастрофическими.

– В таком случае, чем объясните распространенное у нас мнение о том, что без русских армяне погибнут, они обеспечивают безопасность нашего народа, когда факты доказывают другое?

– То, что завоевательная политика России во многих случаях совпадала также и с нашими освободительными стремлениями, это однозначно, и Западная Армения, когда демографически восстановила свои прежние характеристики, естественно, это тоже факт, но сказать, что Россия вела проармянскую политику, было бы неправильно. И самое главное, нужно избавиться т того мышления, что в нашем регионе мы не были фактором, тем более, в 1918-20г.г, и сейчас, когда мы победили в Арцахской войне, сами победили, а не иностранцы, и приписали эту победу себе. Мнение о том, что русские победили в начале 90-ых – это очень опасное мнение, нужно избавиться от него. Разве не эти самые русские осуществляли операцию «Кольцо» в 91-ом, или в 92-ом, когда на Мартакерстком фронте азербайджанские войска перешли к наступлению из Шаумяна в сторону Мартакерта, а в тылу стояли русские, и наши неудачи были обусловлены этим. То есть, мы были фактором, и российская сторона, если и способствовала нашим успехам, способствовала как фактору, потому что мы создавали атмосферу в регионе, бросили перчатку 8-миллионному Азербайджану, и победили. Естественно, нас серьезно воспринимали в качестве фактора представители российской стороны. Когда нас считают стратегическим союзником, имеют в виду также и создание атмосферы в регионе нашей победной армией.

– Каковы уроки российско-турецкого договора?

– 16-го марта 2011 года, в день 90-летия этого договора, в Москву прибыл Эрдоган, и встретился с Медведевым, руководители двух стран обменялись текстом договора и фотографиями, связанными с заключением. В то время я сказал, и снова повторю. Я созвал пресс-конференцию, выразил свой протест против того, что Министерству иностранных дел РА не хватило того духа, веса, который был у тогдашнего наркома иностранных дел Советской Армении Александра Бегзадяна, который в Москве представил протест председателю совета народных комиссаров Владимиру Ленину по поводу того, почему без участия армян был заключен этот злосчастный договор, с нарушением н национальных прав. МИД независимой Армении, или ни один чиновник официально не выразили протест в связи с этим, и проблема закрылась. Мы должны были тогда выразить протест, что это антиармянский договор, и наш стратегический союзник Россия в каком-то смысле, пусть и с моральной точки зрения, восстановив этот договор, вновь унизила нас, и почему именно 16-го марта? Что это был за подход? Это нам подсказывает, что мы должны знать, что стратегический союзник союзником, но в истории наступают моменты, когда нужно оставаться непреклонными, и знать, что свои проблемы должен решать сам, сам должен создавать атмосферу в регионе, и стратегический союзник должен приспособиться к тебе, а не ты должен приспосабливаться к своему стратегическому союзнику, который в каждую минуту может изменить свою стратегию, и ты можешь стать жертвой, чему мы становились свидетелями во время российско-турецких войн в течение целого столетия.

– Но, как общество, не говорю уже, как государство, мы не проявляем себя, как субъект политики, скорее мы проявляем себя как объект.

– Это уже, по-моему, просто проблема. Поэтому я говорю, что каковы наши солдаты, наша армия, такой должна быть и наша политика вообще, потому что, когда армянский солдат охраняет наши восточные границы благодаря оружию, своему духу, такой должна быть и наша внешняя политика.
1in_lratvakan_logo_rus

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: